Книжный каталог

Верхотуров Д.Н. Сталинская индустриализация

Перейти в магазин

Сравнить цены

Описание

Сталинская индустриализация была эпохой короткой, в целом около десяти лет, но очень насыщенной большими и важными событиями. В это время решалась дальнейшая судьба страны, и от успеха сталинского плана очень многое зависело. В этой книге сталинская индустриализация впервые предстает в необычном виде: появление грандиозного замысла технической реконструкции, влияние внешних факторов, долгая и упорная борьба с оппонентами, везение и крупные ошибки. В этой истории много страниц, которым раньше уделялось очень мало внимания, а некоторые из них, связанные, к примеру, с провалом грандиозного совхозного плана, и вовсе были неизвестными. У ошибок тоже были свои причины, своя логика и свои последствия. В силу разных обстоятельств индустриализация получилась очень сжатой по срокам, и за эту торопливость пришлось заплатить героическим трудом строителей главных и крупнейших предприятий, составивших основу новой советской индустрии. Эта книга наиболее убедительно и ярко показывает тот путь, который СССР проделал за эпоху индустриализации: от почти фантастического замысла до реализации.

Сравнить Цены

Предложения интернет-магазинов
Верхотуров Д. Сталинская индустриализация Верхотуров Д. Сталинская индустриализация 401 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Дмитрий Верхотуров Сталинская индустриализация Дмитрий Верхотуров Сталинская индустриализация 369 р. ozon.ru В магазин >>
Верхотуров Д. Сталинская экономика Победы. Верхотуров Д. Сталинская экономика Победы. "Было время - и цены снижали" 230 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Земсков В. Сталинская эпоха. Экономика, репрессии, индустриализация 1924-1954 Земсков В. Сталинская эпоха. Экономика, репрессии, индустриализация 1924-1954 401 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Верхотуров Д.Н. Клевета на Победу. Как оболгали Красную Армию-освободительницу Верхотуров Д.Н. Клевета на Победу. Как оболгали Красную Армию-освободительницу 302 р. ozon.ru В магазин >>
Валентин Катасонов Экономическая война против России и сталинская индустриализация Валентин Катасонов Экономическая война против России и сталинская индустриализация 176 р. litres.ru В магазин >>
Валентин Катасонов Экономическая война против России и сталинская индустриализация Валентин Катасонов Экономическая война против России и сталинская индустриализация 246 р. ozon.ru В магазин >>

Статьи, обзоры книги, новости

Книга - Сталин против Великой Депрессии

Сталин против Великой Депрессии. Антикризисная политика СССР

«Я хочу сказать, что здесь тов. Сокольников выступает, по сути дела, сторонником дауэсизации нашей страны… Отказаться от нашей линии – значит отойти от задачи социалистического строительства, значит встать на точку зрения дауэсизации нашей страны» [90] .

Зиновьевцы потерпели на съезде сокрушительное поражение. Они не выдержали напора критических, разгромных выступлений, делали одну ошибку за другой и в конце концов оказались полностью разбитыми. На съезде прошла резолюция со сталинскими поправками. Оппозиционеры уже ничего не смогли сделать.

Вот здесь мы подошли к тому моменту, когда становится ясным, почему индустриализацию СССР можно с полным правом назвать сталинской. Советские историки употребляли другие названия, более нейтральные и политкорректные: «социалистическая индустриализация», «индустриализация СССР». Труды, в которых эти события назывались подобным образом, подавали их так, словно процесс индустриализации шел сам собой, самотеком, согласно каким-то «объективным» закономерностям. Это были книги о советской экономике, которая почему-то решила индустриализироваться. Роль Сталина и его соратников в них совсем никак не показана. Более того, некоторые историки договариваются до того, что утверждают, будто бы у Сталина не было готовой программы индустриализации и в этом вопросе он шел за Бухариным [91] .

Нужно понять, уяснить себе, что в развитии чего-то всегда бывает две стороны. Одна сторона – материальная. То есть разнообразные возможности, наличие материалов, запасов, капитала, денег, технологий, оборудования. С наличием или отсутствием чего-то не поспоришь: завод либо есть, либо его нет, и это имеет различные последствия. Другая сторона – это воля человека, его состояние ума. В развитии эта сторона играет огромную роль, активную и ведущую [92] . Нередко человек способен действовать наперекор обстоятельствам. Столкнувшись с фактом отсутствия завода, он может сказать: «Построим!» и начнет решать задачу строительства остронеобходимого завода.

Наличие или отсутствие заводов, шахт, рудников, дорог, оборудования и денег, это, конечно, серьезные обстоятельства, и в истории сталинской индустриализации они сыграли большую роль. Но нужно сказать со всей твердостью: без Сталина индустриализация не состоялась бы! Он был центром, сосредоточием и руководителем той воли населения СССР, которая сдвинула трудноразрешимую экономическую задачу с мертвой точки. Именно Сталин сумел так сформулировать политику партии, что все силы страны оказались брошенными на разрешение задачи индустриализации, и это позволило добиться выполнения тех грандиозных планов.

Было потрачено немало слов на то, чтобы доказать неспособность Сталина к управлению страной [93] . Приводились самые разные доводы и примеры, в числе которых был и такой: вот, мол, Сталин, разгромив троцкистскую оппозицию, тут же вооружился идеями троцкистов о сверхиндустриализации, повел наступление на Бухарина, ликвидировал нэп и развернул коллективизацию крестьян. И неизменно добавляют при этом: «Довел страну до развала».

Такого взгляда придерживались сам Троцкий и Валентинов, которые, собственно, пустили эту идею в широкое хождение. Понятно, из каких побуждений так говорил Троцкий – из желания оправдаться перед читателем его воспоминаний, уверить его в жизнеспособности своих идей, которые, мол, и сам Сталин не постеснялся заимствовать. Почему же так говорил Валентинов, оставивший детальное описание советской жизни середины 1920-х годов и сделавший много интересных наблюдений, однозначно сказать нелегко.

Вслед за ними, историки стали повторять, что Сталин заимствовал идеи троцкистов, что, мол, сталинская индустриализация делалась по троцкистским рецептам. Это утверждение можно встретить в очень даже солидных и достойных внимания исследованиях. Не обошли этот взгляд своим вниманием Эдвард Радзинский и Дмитрий Волкогонов. Любопытно, что он приводится на фоне замалчивания фактов хозяйственного строительства и деятельности Сталина на этом поприще.

Все такие заявления, конечно, ерунда. Это только слова Троцкого и ничего больше. Товарищи, которые делают такие заявления, совершенно не замечают, что между идеей и ее воплощением «в металл» есть огромная разница. Всякая идея, обставившись со всех сторон фактами, данными, разработанными программами, отделяется от автора и начинает самостоятельное существование. Ядро заложено автором, но вот к последствиям он может не иметь никакого отношения. Кроме того, нельзя не заметить, что между взглядами Преображенского и Сталина на индустриализацию есть огромная разница. Первый говорит об этом вообще, в целом: «сверхиндустриализация». Второй говорит сугубо конкретно: заводы, станки, оборудование, машины. Обобщая, конечно, для необходимости охвата больших отраслей тяжелой промышленности.

Преображенский говорит об индустриализации, не выделяя никакой приоритетной отрасли. Сталин же, наоборот, говорит об индустриализации, как о развитии конкретно тяжелой промышленности, а еще конкретнее – машиностроения. Для Преображенского строительство металлургического и текстильного предприятия равнозначно. И то и другое будет индустриализацией. Сталин настаивает: индустриализация индустриализации рознь. С одним вариантом можно попасть в кабалу к капиталистам, а с другим нет. Нам, говорит Сталин, нужна такая индустриализация, которая бы не завела в эту кабалу. Одним словом, нужно стать страной, которая производит машины. Преображенский говорит, что для финансирования промышленности нужно взять средства у крестьянина. Сталин говорит, что нет, главные средства для промышленности будут взяты из доходов государства от внешней торговли, работы промышленности, из сэкономленных средств и займов у населения.

Эти утверждения могут показаться странными. Но, тем не менее, это так. Сам Сталин сформулировал свои взгляды с исчерпывающей ясностью в своих статьях и выступлениях:

«Просто развития государственной промышленности теперь уже недостаточно. Тем более недостаточен ее довоенный уровень. Теперь задача состоит в том, чтобы двинуть вперед переоборудование нашей государственной промышленности и ее дальнейшее развертывание на новой технической базе » [94] .

«Не всякое развитие промышленности представляет собой индустриализацию. Центр индустриализации, основа ее состоит в развитии тяжелой промышленности, в развитии, в конце концов, производства средств производства, в развитии своего собственного машиностроения» [95] .

Я привел четыре главных различия взглядов Преображенского и Сталина на индустриализацию, из чего вытекает, что утверждение о заимствовании Сталина взглядов троцкистской оппозиции – ложь. Когда Преображенский впервые выразил свои взгляды в печати, Сталин даже и на схожую тему не говорил. Это легко проверить по его собранию сочинений. А когда заговорил уже об индустриализации, тот тут выяснилось, что взгляды Сталина существенно отличаются от взглядов Преображенского.

Так вот получилось с идеей индустриализации. Спорить не приходится, что впервые эту идею высказал Преображенский. Его рецепт был первым по времени появления рецептов строительства советской экономики, высказанный после смерти Ленина. Через Пятакова его идея оказала влияние на хозяйственную деятельность ВСНХ и воплотилась в виде ОСВОКа. Но там уже она попала в руки разработчиков, которые ни к троцкистам, ни к сталинистам уже никакого отношения не имели. Это были или беспартийные, или меньшевики-специалисты. Если продолжать логику Троцкого – Волкогонова, то нужно или признать, что бывшие меньшевики в СССР сделались поголовно троцкистами, или мы можем с полным правом план индустриализации назвать меньшевистским. Ни то ни другое к истинному положению дел даже и не приближалось.

Они разрабатывали идею исходя в первую очередь из реального положения хозяйства и промышленности, а не из туманных идей Преображенского. По ходу дела разработанная коллективными усилиями троцкистов, бухаринцев и сталинистов, большевиков, меньшевиков и беспартийных с помощью дворян и бывших царских чиновников сама идея индустриализации оторвалась от Преображенского, который в дальнейшей разработке никакого участия не принимал, утратила троцкистский дух и стала жить своей самостоятельной жизнью.

После долгих разговоров, споров и препирательств получился результат, который, собственно, и заинтересовал Сталина. Этим результатом был совершенно конкретный план, в миллионах рублей вложений и тысячах тонн продукции, который можно было воплотить в жизнь. Сталин, вошедший в мировую историю как практик, сделал ставку именно на конкретный план, произнес свою историческую речь и внес упомянутые поправки в резолюцию съезда.

Потом, уже после съезда, партийные теоретики и хозяйственники предложили целый ворох рецептов строительства советского хозяйства, с опорой на тот или на другой класс, по такому или по другому принципу. Но они уже появились после того, как был разработан первый конкретный план, и потому для Сталина интереса не представляли. Кстати, сам тезис о сверхиндустриализации появился в устах троцкистов только в апреле 1926 года, всего за три месяца до закладки первенца индустриализации – Сталинградского тракторного завода.

В отличие от остальных партийных вожаков, Сталин несколько раз за свою послереволюционную карьеру проявил огромную прозорливость. В первый раз это случилось, когда он оказался во главе аппарата ЦК партии. Вскоре он понял, какую власть ему доверили и что нужно только ее удержать, расширить и усилить. Во второй раз это случилось, когда он понял, что Ленин после удара не поднимется и к работе не вернется. Пока остальные члены Политбюро и ЦК ждали возвращения Ленина, Сталин развернул работу по укреплению своего влияния. Оба раза он ничего и никому о своих прозрениях не сказал.

XIV съезд Всесоюзной Коммунистической партии (большевиков) 18–31 декабря 1925 года. Стенографический отчет. С. 488.

Такое заявление, во вполне волкогоновском духе, есть, например, в книге Цакунова С.В. «В лабиринте доктрины»: Цакунов С.В . В лабиринте доктрины. Из опыта разработки экономического курса страны в 1920-е годы. М.: Россия молодая, 1994, с. 160.

Этим заявлением я, о ужас! порвал с диалектическим материализмом и переметнулся на сторону буржуазного идеализма. Для заинтересованных догматиков сделаю пометку, что Маркс воспринимал процесс труда как «опредмечивание» человека, его мыслей и способностей в продукте этого самого труда.

Особенно большая и богатая подборка такого рода высказываний в книге Дмитрия Волкогонова «Сталин: политический портрет».

Из статьи Сталина в «Правде» 7 ноября 1925 года – Сталин И.В . Сочинения. М.: Госполитиздат, 1954, т. 7, с. 255.

Из выступления Сталина на собрании Ленинградского актива партии 13 апреля 1926 года – Сталин И.В. Сочинения . М.: Госполитиздат, 1954, т. 8, с. 120.

Источник:

detectivebooks.ru

Сталин Экономическая революция - Верхотуров Дмитрий Николаевич, Страница 63, Читать онлайн

Сталин Экономическая революция Верхотуров Дмитрий Николаевич Содержание
  • В начало
  • Перейти на

Это было потом, много десятилетий спустя. В 30-х годах молодое советское общество рвалось вперед, росло и укреплялось. Его мощь возрастала не по дням, а по часам.

Авторы, пишущие об эпохе Сталина, чаще всего впадают в одну из крайностей: возвеличивания или обличения. Я написал книгу, которую очень легко назвать очередной попыткой возвеличивания. С точки зрения таких, как господин Волкогонов и другие записные ниспровергатели, я — просто маньяк сталинизма.

Но не зря же я критиковал Волкогонова (и через него остальных ниспровергателей) за его потрясающую легковесность и верхоглядство. То, что он написал о Сталине, — это ниже всякой критики.

Конечно, мне известна литература, написанная намного более квалифицированными обличителями — умными, образованными и принципиальными врагами сталинизма. Книги, написанные людьми, которые не получали номенклатурных пайков, не состояли в КПСС, а потом в одночасье вдруг сделались рьяными антикоммунистами.

Если личное мнение автора вообще важно, пожалуйста: я думаю, что нужно внести уточнение, что Сталин был великим и гениальным в условиях своего времени, крайне непростого. Но это не факт, что его методы сработали бы сейчас.

Но в своей книге я как раз старался быть максимально объективным. Не подгонять факты под заранее принятую схему, а изучать сами факты.

Но самое главное: я специально старался не вдаваться в разговоры обо всем, что далеко от экономики. Да, есть отдельная тема: цена индустриализации. Отдельная громадная проблема: разрыв культурной традиции, колоссальный психологический шок, последствия которого сказываются до сих пор (и будут сказываться еще долго). Но если писать об этом — то отдельные книги.

Я понимаю, что мы далеко не все знаем и понимаем в сталинской эпохе как раз по поводу репрессий, денационализации и всего остального. Более того, мы не можем сейчас установить даже основных моментов этого процесса. Любого ниспровергателя можно спросить, например: почему в сталинской России прошли такие репрессии, если в дореволюционной России не было таких репрессивных традиций даже близко? Второй вопрос: как они появились, из чего и почему?

Нам ведь даже число жертв сталинского террора не известно. Для анализа сталинского опыта, понимания цены индустриализации нужно знать поточнее — во что же все-таки это обошлось. И здесь нужна более или менее точная цифра, а не такая, где разброс между значениями в разы. А у нас такой цифры до сих пор нет.

К сожалению, изучение этих тем чаще всего ведется в ключе публицистики. Ведь стоит только дать себе право выносить моральные оценки и приговоры, как уже разбор сталинского опыта превращается в судилище над сталинской эпохой. Одна задача подменяется другой. Это главная причина, по которой ниспровергатели Сталина не написали ничего толкового по истории этой эпохи.

А если уж ставится задача анализа сталинского опыта, то тут нужно работать, не подменять задачу изучения и установления фактов задачей осуждения. Начав раздавать оценки и приговоры, мы утратим возможность разбора опыта с извлечением позитивного и негативного опыта.

Но еще раз напомню — все это темы для меня непрофильные (по крайней мере — в этой книге). Если изучать экономику — то писать нужно именно об экономике.

И тут, нравится это кому-то или нет, в экономике мы можем видеть колоссальный успех. В сталинскую эпоху возник новый тип экономики: мобилизационная экономика. Создателями этой модели являются Сталин и его команда. Это — факт.

Мобилизационная экономика оказалась невероятно эффективной. Это тоже факт. За считанные годы лицо России и всего СССР изменилось до неузнаваемости. Сталинская индустриализация имела мировое значение — это тоже факт, и его не очень трудно доказать.

Абстрагируемся от перипетий и задач мировой борьбы двух систем и посмотрим на достижения первой пятилетки с точки зрения общего мирового хозяйственного развития.

И мы видим, что промышленность, построенная по пятилетнему плану, существенно расширила производственные возможности человечества. Например, в 1936 году в мире производилось около 100 млн тонн чугуна, из которых 10 % приходилось на СССР. Это при том, что черная металлургия в СССР развивалась самыми низкими темпами.

За счет СССР существенно расширилось производство тракторов, автомобилей и самолетов, двигателей самого разного типа, мощности и назначения. За счет разворачивания моторостроительной отрасли в Советском Союзе человечество сделало решительный шаг в деле замещения силы человека и животного силой двигателя.

Структура энергетических сил в ходе строительства новой индустрии существенно изменилась. Можно привести данные профессора С. Н. Прокоповича. Он подсчитал энергетические возможности Советского Союза, включая рабочую людскую силу и работу животных, выразил все это в условных тепловых единицах, которая соответствует 1 килограмму угля, то есть 0,001 тонны условного топлива. Каким энергетическим потенциалом обладал Советский Союз в разные годы, я представлю в виде таблицы. Единица измерения — млн тонн условного топлива [25. С. 316]:

Как видно из этой таблицы, количество энергии, которую доставляет работа людей, возросла, но существенно не изменилась. Работа рабочего скота, в первую очередь лошадей, сократилась на 25 % только в первой пятилетке. В дальнейшем доля рабочего скота еще более сократится. Выросло в 3 раза количество используемой древесины и в вдвое — торфа. Существенно выросли источники энергии: торф — почти вдвое; уголь — на 40 %; нефть и нефтепродукты — на 77 % и электроэнергия — в 2 раза.

Структура энергетики резко изменилась в сторону гораздо большего потребления ископаемого высококалорийного топлива и электрической энергии. Если учесть, что нефть и нефтепродукты, а также электричество используются, главным образом, для приведения в действие двигателей и электромоторов, то можно сказать, что в Советском Союзе за годы первой пятилетки количество энергии, доставляемой двигателями и моторами, выросло примерно в 3 раза. Работа моторов может, при определенных условиях, заменять труд людей. Только применение электроэнергии смогло заменить работу 50 млн рабочих.

Это — с одной стороны. С другой же стороны за годы первой пятилетки существенно изменилась география промышленного производства. В самом начале книги мы говорили о том, что промышленное производство, тяжелая индустрия особенно, зарождается в тех местах, где рядом находятся крупные залежи высококачественного угля, железной руды и есть неподалеку остальное сырье для металлургического производства. Вокруг металлургических заводов потом вырастает большая галактика металлообрабатывающих и машиностроительных заводов, связанная густой сетью железных дорог.

До 1932 года в мире было четыре крупных промышленных района: Донецкий в РСФСР, Рур в Германии, Пенсильвания в США, и Бирмингем в Великобритании. В конце первой пятилетки к ним добавились еще два крупных промышленных района: Днепровский на Украине и Урало-Кузнецкий в РСФСР. Планировалось развитие еще нескольких крупных промышленных районов в ранее неосвоенных районах СССР.

Индустрия шагнула в те районы, в которых до этого не было крупного промышленного производства и которые, вообще-то говоря, считались совершенно непригодными для развития промышленности. Яркий пример — Сибирь, где до войны и даже до конца 20-х годов было лишь одно крупное предприятие, производящее сельскохозяйственный инвентарь. Но в 1932 году в самом центре Сибири, в Кузнецком районе, вступили в строй: мощный металлургический комбинат, завод комбайнов, мощнейшие угольные шахты, коксохимический завод. Еще чуть подальше, на Енисее, началось возведение мощного целлюлозно-бумажного комбината. В Северном Казахстане и на Южном Урале появился новый, мощный район цветной металлургии, стал разрабатываться Карагандинский угольный бассейн. Всю степную часть Зауралья, от Урала до Алтая и от Омска до Верного (Алма-Ата), пересекли новые железнодорожные магистрали.

Треть самого крупного материка — Евразии — оказалась площадкой для развития и работы крупного индустриального производства. Богатства ее центральной части, ранее практически не тронутые, теперь оказались доступны для разработки и использования.

Индустрия — это основная часть современной цивилизации. Именно вокруг нее и на ее основе выросли те самые крупные культурные достижения последних двухсот-трехсот лет, которые ныне составляют главный опорный стержень цивилизованности. Это — грамотность и образованность подавляюще большей части населения. Это — городской образ жизни. Это — создание сложной и дифференцированной социальной системы с большими правами и свободами ее члена. Это — благосостояние и здравоохранение большей части населения.

До Первой мировой войны по-настоящему цивилизованными можно было назвать только небольшую группу стран Западной Европы. Их можно перечислить: Великобритания,

Франция, Германия, Швеция, Норвегия, Дания. С некоторыми условными натяжками в эту группу можно включить Италию и Австро-Венгрию, а также восточную часть США.

К этой группе относилась единственная неевропейская страна — Япония.

Во всех же остальных странах цивилизация проникала не дальше столицы и самых крупных городов. В России по-настоящему цивилизованными городами можно было назвать только Петербург и, с известными натяжками, Москву. Отдельные черты цивилизованности можно было заметить и в других крупных городах.

Индустриализация в корне изменила такое положение. Старое мелкокрестьянское хозяйство было уничтожено и заменено крупным коллективным сельским хозяйством. Крестьяне массами пошли в города и на заводы, чтобы стать индустриальными рабочими. Усиленными темпами среди них стала распространяться грамотность и элементарные привычки городского жителя. Правда, этот процесс раскрестьянивания шел медленно и далеко не так гладко, как хотелось бы, но, тем не менее, сегодня Россия — это определенно не крестьянская страна, какой она была в начале XX века.

Источник:

fanread.ru

Книга Сталинская индустриализация - Верхотуров Д

Сталинская индустриализация Верхотуров Д.Н.

Сталинская индустриализация Верхотуров Д.Н.

В силу разных обстоятельств индустриализация получилась очень сжатой по срокам, и за эту торопливость пришлось заплатить героическим трудом строителей главных и крупнейших предприятий, составивших основу новой советской индустрии. Эта книга наиболее убедительно и ярко показывает тот путь, который СССР проделал за эпоху индустриализации: от почти фантастического замысла до реализации.

Сталинская индустриализация была эпохой короткой, в целом около десяти лет, но очень насыщенной большими и важными событиями. В это время решалась дальнейшая судьба страны, и от успеха сталинского плана очень многое зависело. В этой книге сталинская индустриализация впервые предстает в необычном виде: появление грандиозного замысла технической реконструкции, влияние внешних факторов, долгая и упорная борьба с оппонентами, везение и крупные ошибки. В этой истории много страниц, которым раньше уделялось очень мало внимания, а некоторые из них, связанные, к примеру, с провалом грандиозного совхозного плана, и вовсе были неизвестными. У ошибок тоже были свои причины, своя логика и свои последствия.

В силу разных обстоятельств индустриализация получилась очень сжатой по срокам, и за эту торопливость пришлось заплатить героическим трудом строителей главных и крупнейших предприятий, составивших основу новой советской индустрии. Эта книга наиболее убедительно и ярко показывает тот путь, который СССР проделал за эпоху индустриализации: от почти фантастического замысла до реализации.

  1. ID: 449222
  2. Автор: Верхотуров Д.Н.
  3. Издательство: Вече
  4. Серия: СТАЛИНИАНА
  5. Год: 2017
  6. Исполнение: 7Бц
  7. Объем: 464 стр.
  8. ISBN: 978-5-4444-5680-4
  9. Штрих-код: 9785444456804

Сталин и органы государственной безопасности Мозохин О.Б.

ГУЛАГ, репрессии и экономика СССР Путятин А.Ю.

Разгадка 1937 года. Репрессии: мифы и факты Емельянов Ю.В.

Сталин. Трагедия семьи вождя народов Пиманов А.В.

Нажмите кнопку "Войти на сайт" для автоматического входа.

Источник:

partner-online.ru

Сталинская экономика Победы читать онлайн, Верхотуров Дмитрий Николаевич

Читать онлайн «Сталинская экономика Победы»

Сталинская экономика Победы. «Было время – и цены снижали»

© Верхотуров Д., 2015

© ООО «Издательство «Яуза-пресс», 2015

Шаг за шагом, постепенно, мы осуществляем переоценку сталинского периода истории нашей страны. Теперь уже становится понятно, что этот период, пришедшийся ровным счетом на 30 лет, с начала 1920-х и до начала 1950-х годов, был одним из самых значительных периодов в истории России. Опровергнуты и отвергнуты практически все мифы, которые ходили в пору перестройки, что якобы Советский Союз при Сталине представлял собой один сплошной ГУЛАГ, в котором половина сидела, а другая половина дрожала.

Напротив, это было время небывалого хозяйственного, научно-технического, культурного и образовательного роста страны, что потребовало таких колоссальных сил и упорства, что совершенно абсурдно полагать, что все эти выдающиеся достижения были якобы достигнуты одним только трудом заключенных.

Однако, если уже и так расставлены все точки над «i», что еще можно такого добавить к сталинской теме? Оказывается, что можно. Существует известная фраза, приписываемая Черчиллю: «Сталин принял Россию с сохой, а оставил с ядерной бомбой». Скорее всего, это чистый апокриф, выдумка, но, надо сказать, исключительно удачная выдумка. Она в короткой фразе подчеркивает тот колоссальный рост страны от того состояния, когда крестьяне в ней пахали деревянной сохой, почти как во времена Ярослава Мудрого, до того состояния, когда СССР стал одной из крупнейших в мире индустриальных держав, вооруженный мощным и хорошо развитым промышленным комплексом, способный успешно противостоять индустриально развитым империалистическим державам. И способный самостоятельно изготовить и поставить на вооружение столь сложные системы вооружения, как ядерная бомба и баллистическая ракета.

Этот процесс оказался настолько значительным, что историкам трудно его охватить во всей полноте и своеобразии. Каждый исследователь, также и автор этих строк, выбирал для себя какой-то аспект, через который показывал процесс бурного развития страны и ее общества. Сталинская эпоха дробилась на части: довоенная, военная и послевоенная, и это определенно мешало охватить сталинский период во всей его красе и величии. Это, конечно, было объективное деление, и действительно, Советский Союз претерпевал резкие изменения, но все же надо иметь также и целостную картину.

Просто поразительно, насколько колоссальную работу пришлось провернуть Сталину за это время. Мы тратим годы на то, чтобы понять и разобраться, а он все это осуществлял сразу, в режиме, так сказать, реального времени, принимая во внимание все существенные обстоятельства и факторы, и находил в большинстве случаев верные решения, а также быстро учился на допущенных ошибках. Редко в истории встречаются люди такого масштаба.

В этой книге предпринята попытка дать такую целостную картину. Выбран аспект, который явно был ключевым во всей сталинской эпохе, – мировая война. Советский Союз готовился к этой войне, участвовал в ней, а также устраивал свою послевоенную жизнь, и в особенности послевоенную безопасность. Этим вопросам уделялось приоритетное внимание, и это красная нить всей сталинской эпохи, позволяющая проследить основные процессы исторического развития сталинского СССР. Ряд аспектов, конечно, пришлось выпустить из внимания, но думается, что читатель, уже знакомый с соответствующей литературой, без труда дополнит эту картину работами других историков.

Также была сделана попытка преодолеть один существенный порок имеющейся литературы по сталинскому периоду. В большинстве случаев события показываются в отрыве от международной обстановки, от положения в других странах, в особенности тех, которые считались или действительно стали противниками в мировой войне. Между тем, судя по публикациям того времени, велась неустанная работа по изучению и анализу положения за рубежом, и результаты этого, несомненно, оказывали влияние на принятие решений и постановку задач. Сведения о том, что делалось у противников, показывают многие сталинские решения совершенно в другом свете, показывают их логичность и обоснованность, иногда самым наглядным образом. Чем спорить, был ли Сталин гением или посредственностью, лучше проанализировать его решения и планы, их реализацию и результаты, их соответствие наличной обстановке (тем более что все эти факторы сейчас могут быть достаточно полно изучены) и самим сделать вывод.

Помимо целостной картины сталинской эпохи, картины бурного роста и развития Советского Союза, меня всегда интересовал вопрос, как это делалось: какие были предпосылки, как руководство видело свое будущее, какие решения принимались и почему, что предпринималось для решения поставленных задач. На мой взгляд, это имеет колоссальное практическое значение, поскольку с таким опытом, применяя его творчески и сообразно обстановке, можно не бояться никаких кризисов и трудностей. Действительно, мало что сравнится с тем, что пришлось пережить Советскому Союзу во время войны. По сравнению с этим все наши нынешние кризисы есть не более чем легкая турбулентность. Именно по этой причине стоит изучать сталинское время, побольше внимания уделяя деталям, причинам поражений и побед, с целью извлечения из этого практического опыта, применимого для решения современных проблем.

Итак, целостная картина сталинского периода и опыт того, как это делалось, – вот что должна показать эта книга.

Часть первая. Война на горизонте

Глава первая. Грядущая война

Не успели высохнуть чернила под Версальским мирным договором, подписанным 28 июня 1919 года, как все, кто разбирался в международной политике, уже знали, что будет еще одна мировая война, и вой-на эта абсолютно неизбежна. Причем эта грядущая война будет гораздо более масштабной, более кровопролитной и затратной, нежели первая (тогда ее еще так не называли; просто – мировая война).

В такой оценке ближайшего будущего вполне сходились все стороны: и победившие, и проигравшие империалисты, а также большевики. Грядущая вой-на в 1920-х годах была вовсе не дежурной страшилкой публики, как иногда сейчас население пугают вой-нами и экономическими кризисами. Грядущая война тогда была предметом детального анализа, который ложился в обоснование дальнейшей экономической, военной и внешней политики целого ряда государств.

Конечно, СССР также не был в стороне от этих процессов. Советское руководство разделяло общее убеждение в том, что большая война после Версальского мира абсолютно неизбежна, внимательно читало работы иностранных авторов, многие из которых переводились и издавались в СССР, анализировало тенденции грядущей войны и формулировало на основе полученных выводов свою дальнейшую политику. От этих выводов зависело очень многое, включая само существование советского государства.

Наиболее очевидный аргумент

Сегодня мы можем подумать, что рассуждения о грядущей войне могли быть выражением чьей-то агрессивности, тем более что ревизионистская литература всеми силами пытается забить в головы читателей мысль о том, что Советский Союз изначально вынашивал агрессивные планы, якобы вытекающие из идеологии мировой революции. Разумеется, это не так, и характер грядущей войны для Советского Союза тогда формулировался совершенно по-другому, о чем будет сказано ниже. Но пока что мы рассмотрим вопрос о том, почему тогда считалось, что грядет новая война, она будет неизбежной и еще более кровопролитной, чем только что отгремевшая.

Первый и наиболее очевидный аргумент был прост до смешного. После окончания Первой мировой войны не произошло ни сокращения армий и флотов, ни разоружения, ни прекращения гонки военных технологий. Наоборот, милитаризация и вооружение взяли повышенные темпы. Скажем, в начале 1914 года в армиях ведущих империалистических держав было 7 млн. человек, а в 1921 году, после мировой войны, их стало 11 млн. человек[1]. Армии стран-победителей – Великобритании и Франции – не сократились после войны. В английской армии в 1921 году было 880 тыс. человек, а во французской – 740 тыс. человек. Или вот данные по странам-победителям (Великобритания, Франция, США, Италия и Япония). В 1913 году в этих странах общая численность армий достигала 1,84 млн. человек, в 1923-м – 1,91 млн. человек, а в 1930 году – 2,14 млн. человек[2]. Новые страны, появившиеся по итогам Версальского мира, также создали крупные армии, например, Польша довела численность армии до 500 тыс. человек. Казалось бы, война кончилась, зачем держать под ружьем сотни тысяч человек?

При этом во время Первой мировой войны утверждалось, что эта война будет-де «последней войной» в истории человечества, после которой наступит мир, согласие и всеобщее процветание. Советские публикации на тему грядущей войны, приводя эти факты и цифры, злорадствовали: ну, и где ваш мир, процветание и согласие? Несоответствие деклараций и реальности бросалось в глаза: «После Версальского договора с исключительной резкостью обнаружилась ложь красивых фраз о международной солидарности, полная несостоятельность обещаний лидеров империализма об организации мирового хозяйства на началах справедливости»[3].

Но это еще весьма сдержанные слова. Ленин, к примеру, оценивал Версальский мир в очень резких выражениях. «Когда была побеждена Германия, Лига Наций, воюя против нее, кричала о том, что это война освободительная, демократическая. Германии был навязан мир, но мир этот был рос .

Источник:

knigogid.ru

Верхотуров Д.Н. Сталинская индустриализация в городе Екатеринбург

В этом интернет каталоге вы сможете найти Верхотуров Д.Н. Сталинская индустриализация по разумной цене, сравнить цены, а также посмотреть похожие предложения в категории Наука и образование. Ознакомиться с свойствами, ценами и обзорами товара. Доставка производится в любой город России, например: Екатеринбург, Липецк, Тюмень.